"...Не раз я имел случай высказывать свое мнение, что из кораблей "Император Павел I" и "Андрей Первозванный" нельзя сделать "дредноутов", сколько бы их ни совершенствовали, и поэтому они никогда не достигнут того, чтобы сравняться с нашими будущими броненосцами, В то же время нельзя ни на минуту сомневаться в том, что эти корабли в том виде, как они теперь обдуманы, всегда останутся весьма серьезными противниками для самых сильных броненосцев... Наши два корабля на некоторых курсовых углах с успехом могут состязаться даже с английским броненосцем "Dreadnouhgt".

Но при всем том они всегда останутся кораблями только 2-й линии боевых судов активного флота, они туда будут поставлены своим ходом, который даже по проекту на 3 узла меньше хода будущих броненосцев нашего флота.

К чему же, спрашивается, что называется из кожи вон лезть в стремлении совершенствовать их в одном направлении, заведомо ухудшая другие боевые качества также первостепенной важности, каким, например, является ход корабля.

Таким образом, я считаю, что совершенно необходимо теперь же и уже окончательно выяснить, в какой мере корабли "Андрей Первозванный" и "Император Павел I" удовлетворяют современным тактическим требованиям боевого корабля и, уяснив себе это, твердо постановить, что это и есть предел того, что эти корабли могут дать и чего с них можно требовать.

С этим положением следует помириться и приказать их достраивать так, как они разработаны в настоящее время..."

Этот отрывок из рапорта командира строящегося эскадренного броненосца "Император Павел I" капитана 1-го ранга П.В. Римского-Корсакова от 30 марта 1908 г. показывает, насколько накалялись страсти во время постройки последних русских кораблей додредноутного типа, когда в их конструкцию старались внести как можно больше усовершенствований по печальному опыту русско–японской войны 1904–1905 гг. и последними достижениями мирового кораблестроения. Но это лишь отрицательно сказалось на сроках постройки кораблей, за время которой далеко ушли вперед кораблестроительная наука и техника.

Сказанное выше можно подтвердить мнением одного из крупнейших авторитетов в области кораблестроения А.Н. Крылова, высказанным летом 1908 года, что корабль устаревает чуть ли не с начала его постройки, так как потенциальный морской противник "должен будет принять во внимание и наш корабль и проектировать корабль сильнее нашего".

Проектирование и начало строительства

История создания последних русских линейных кораблей додредноутного типа восходит к началу 1902 года. В отчете за 1901 год государственный контролер генерал П.Л. Лобко высказал опасения о возможном сокращении производственной деятельности судостроительных предприятий (начиная со второй половины 1903 года), если им не будут выданы новые заказы. Ход выполнения кораблестроительных программ 1895, 1898 и 1899 годов свидетельствовал, что из всех стапелей Балтийского завода, Нового Адмиралтейства и "Галерного островка" к упомянутому сроку останется задействованным только один, где строился эскадренный броненосец "Слава". 23 октября 1902 года такие же опасения высказал и управляющий Морским министерством адмирал П.П. Тыртов, предложивший срочно выделить на 1903–1904 года 50 млн. руб. в счет будущей кораблестроительной программы, которая в то время разрабатывалась.

Тревога сановников передалась и императору Николаю II, который 29 октября распорядился обсудить создавшееся в судостроении положение на Особом совещании под председательством статс-секретаря графа Д.М. Сольского с участием П.П. Тыртова, П.Л. Лобко и министра финансов графа С.Ю. Витте, заметив при этом, что "судостроение не может приостанавливаться без самых вредных для государства последствий". В итоге 14 декабря было решено выделить на 1903 год сумму в 12 млн. руб.; впоследствии такую же сумму отпустили и на следующий год.

После решения финансовых вопросов 20 декабря в Морском министерстве под председательством начальника Главного морского штаба (ГМШ) вице-адмирала Ф.К. Авелана состоялось совещание о выборе типов кораблей, намеченных к закладке в 1903 году.

За прототип при проектировании нового броненосца "для сохранения однотипности" приняли строившиеся серией броненосцы типа "Бородино", но с увеличенным калибром средней артиллерии до 190.5 или 203 мм (переход к которому уже начался в ряде иностранных флотов) и повышенной взрывобезопасностью паровых котлов при подрыва корабля на мине. По предварительным расчетам разработку проекта "измененного "Бородино"" предполагалось выполнить всего за два месяца.

Однако при подробном обсуждении . выяснилось, что усиление артиллерии и изменение расположения котлов (например, вдоль корпуса) приведет к увеличению водоизмещения (до 16,000 тонн) и росту главных размерений, что в конечном итоге выльется в создание практически нового проекта эскадренного броненосца, к постройке которого раньше чем через год приступить вряд ли удастся, что ни Морское министерство, ни судостроительную промышленность явно не устраивало. Поэтому от Морского технического комитета (МТК), Балтийского завода и С.-Петербургского порта требовалось в кратчайшие сроки определиться с возможностью разработки проекта "измененного типа "Бородино"", исходя из расчета приступить к постройке кораблей для обоих морей не позднее 1 марта 1903 года

Признавая преимущества установки новых 203-мм орудий длиной 50 калибров, МТК допускал увеличение водоизмещения до 16,500 тонн. Но в этом случае весовая нагрузка корабля с двенадцатью такими орудиями была бы оптимальной лишь при сохранении бронирования (за исключением 76.2-мм броневой защиты бортовых 75-мм пушек, которое требовалось упразднить в случае, если высоту надводного борта не удалось бы снизить на одну палубу), скорости хода и осадки, принятых для эскадренных броненосцев типа "Бородино" и при условии, что масса новых башенных установок не превысит величины, определенной артиллерийским отделом МТК на начальной стадии их проектирования.

Однако, памятуя о 600-тонной перегрузке "Бородино" и о заведомо большей массе 203-мм башенных орудий (что вызвало бы значительный рост водоизмещения и мощности энергетической установки), от корректировки прежнего проекта отказались.

17 января 1903 года в ГМШ заслушали сообщение о готовности эскизных проектов новых броненосцев, разработанных Морским техническим комитетом и главным корабельным инженером С.-Петербургского порта Д.В. Скворцовым. Более подробное обсуждение состоялось 25 января.

При практически одинаковом водоизмещении (16,600 и 16,500 тонн) существенным отличием представленных проектов стал [ подход к конструкции противоминной защиты и к размещению паровых котлов. В проекте МТК защита обеспечивалась, главным образом, броневой продольной переборкой, но отстоявшей от борта на 4.87 метра (вместо 1.8 метра – на "Бородино"). Д.В. Скворцов пошел по пути увеличения числа главных поперечных водонепроницаемых переборок, расположив бортовые продольные переборки в районе котельных отделений на расстоянии 2.44 метра от борта. Что же касалось паровых котлов, то в проекте у Скворцова их предполагалось установить на фундаментах непосредственно на втором дне, а в проекте МТК в двух котельных отделениях их подняли на высоту 2.44 метра, отведя образовавшееся пространство под патронные погреба.

Наконец 27 января на представительном совещании по определению основных ТТЭ с участием руководителей отделов МТК, ГМШ, главных инспекторов кораблестроительной, артиллерийской, механической и минной частей и начальников заводов П.П. Тыртов, в частности, сообщил решение Николая II приступить в текущем юлу к постройке для Балтийского моря двух эскадренных броненосцев улучшенного типа "Бородино" с увеличенным, для "возможного соединения на них наибольших средств нападения и обороны", до 16,500 т водоизмещения.

После обсуждения целого ряда вопросов Д.В. Скворцов 30 января получил распоряжение предоставить, совместно с МТК к 1 мая проект эскадренного броненосца со следующими основными ТТЭ:

– водоизмещение не более 16,500 тонн; скорость хода не менее 18 узлов, осадка в нормальном грузу не свыше 7.93 метра;

– вооружение – четыре 305-мм орудия с длиной ствола 40 калибров в двухорудийных башнях (толщина вертикальной брони вращающихся частей 254 мм, постоянных 101.6 –177.8 – 229 мм), двенадцать 203-мм орудий с длиной ствола 50 калибров – в шести башнях (вертикальная броня вращающихся частей в передней половине башен 177.8, задней – 152 мм, постоянных частей 101.6 и 152 мм), двадцать 75-мм полуавтоматических орудий (76.2-мм броневая защита, как на "Бородино"), столько же 47-мм орудий, шесть 37-мм автоматических и две 75-мм (для десанта) пушки и восемь пулеметов, пять подводных минных аппаратов (один из них носовой) и один надводный (кормовой), наличие сетевого заграждения. Схема бронирования бортов по длине и высоте также соответствовала типу "Бородино", но с увеличением толщины нижнего пояса до 228.6, а верхнего до 177.8 мм (либо с одинаковой толщиной обоих поясов в 203 мм). Высоту надводного борта разрешалось понизить на одну палубу, если это не скажется отрицательно на мореходности корабля. Численность экипажа определялась в 800 человек.

Вскоре выяснилось, что заводы, на которых проектировались 203-мм артиллерийские установки, превысили проектную массу всех шести башен на 237 тонн. Чтобы не выходить за рамки оговоренного водоизмещения, заводам предложили уменьшить массу каждой башни на 30 тонн, а если этого сделать не удастся, то орудия средних башен установить в миделевых бронированных казематах на батарейной палубе (по два с борта), наподобие размещения средней артиллерии на эскадренных броненосцах типа "Полтава". По той же причине, чтобы не превысить заданное водоизмещение, не получило поддержки предложение установить 305-мм орудия с длиной ствола 50 калибров.

8 мая 1903 года Опытовый судостроительный бассейн представил свои соображения о параметрах килевой качки и вычисления главных размерений корабля, а 4 июня (по результатам исгытаний моделей) – расчеты и диаграммы эффективной и индикаторной мощности главных механизмов. Согласно полученным в бассейне данным, при водоизмещении 16,570 тонн длина между перпендикулярами, ширина и осадка составляли соответственно 133.5, 24.4 и 7.92 метра, а мощность механизмов для обеспечения 18-узловой скорости хода определялась в 16,600 л.с. Модельные испытания показали, что проектируемый броненосец на ходу будет иметь тенденцию к зарываемости в воду носом. Однако дальше констатации этого факта дело не пошло; всех успокоил принимавший участие в обсуждении проекта заведующий Опытовым бассейном подполковник А.Н. Крылов, предложивший для получения "спокойной" качки менять скорость и курсы корабля при ходе против волнения.

13 июня Д.В. Скворцов направил на одобрение МТК первые 13 чертежей нового эскадренного броненосца вместе с расчетами нагрузки и спецификацией, рассмотрение которых проводилось дважды – 21 июня и 19 июля, когда их наконец утвердили. Основные замечания по вооружению свелись к обсуждению рациональных углов обстрела орудий, влияния дульных газов на палубные надстройки, а также расположения малокалиберной артиллерии, погребов и количества боезапаса. Претензии к проекту механической установки касались недостаточной вентиляции котельных отделений, малой высоты машинного отделения (оказывалось невозможным снять крышки цилиндров с паровых машин) и завышенной расчетной дальности плавания (10-узловым ходом) – 3,500 и 7,400 миль при нормальном (900 тонн) и усиленном (1900 тонн) запасе угля (по расчетам механического отдела МТК при указанных запасах топлива она определялась соответственно в 1,910 и 3,770 миль). Вопросов по кораблестроительным элементам оказалось значительно больше.

Отмечался значительный (0.639) коэффициент общей полноты (больший имел лишь эскадренный броненосец "Ретвизан" – 0.678), вызванный сравнительно большой длиной корабля и ограниченной (для возможности прохода Суэцким каналом) осадкой. Однако полученная в результате вычислений метацентрическая высота, превышавшая 1.83 метра, вынуждала сохранить этот коэффициент. Обращалось внимание на довольно большое отношение между двумя этими размерениями, составлявшее 5.48 и превышавшее таковое не только для броненосцев "Цесаревич" (4.92) и "Бородино" (4.95), но и даже для новейшего английского броненосца "Кинг Эдуард V" (5.44), что вызывало проблемы как в отношении продольной прочности корпуса, так и его удельной массы.

Существенной особенностью и спорной стороной проекта стало уменьшение на одну палубу высоты надводного борта в носовой части, что могло отрицательно сказаться на мореходных качествах. Английский броненосец "Кинг Эдуард V", также относительно низкобортный, имел высоту борта в носовой части на 0.3 метра больше и основную нагрузку, сосредоточенную в средней части. Так, носовая башня на нем отстояла от форштевня на четверть длины корабля, тогда как в проекте Д.В. Скворцова – на одну пятую. Вопрос о высоте борта пришлось даже поставить на голосование, в ходе которого мнения присутствующих разделились почти поровну – девять человек выступили за его увеличение на 0.3 метра, а одиннадцать – против. Поэтому этот вопрос решили оставить на усмотрение высшего морского начальства, как и оставшуюся нерешенной проблему отсутствия в проекте такой важной статьи нагрузки, как запас водоизмещения. Ведь даже его наличие, по мнению начальника Балтийского завода К.К. Ратника, отнюдь не спасало корабль от перегрузки, постоянно преследовавшей российское кораблестроение. Для выхода из создавшейся ситуации К.К. Ратник предлагал пойти с некоторым риском, на увеличение осадки на 0.15 метра. Однако, несмотря на то, что проект в общем получил одобрение (с требованием учесть все внесенные замечания при детальной разработке) МТК, из-за нерешенности этих двух вопросов, все же посчитал его принятым условно.

По мнению начальника Отдела сооружений Главного управления кораблестроения и снабжений (ГУКиС) контр-адмирал А.Р. Родионов, спуск на воду головного корабля, при отсутствии задержек в ходе рабочего проектирования, изготовления орудий и башенных установок, следовало ожидать к 1 июня 1906 года, а пробная стрельба обоих балтийских броненосцев могла состояться уже весной следующего года.

К середине ноября 1903 года на "Галерном островке" завершили подготовительные работы к закладке корабля, получившего наименование "Андрей Первозванный" (ранее это наименование носил только один 80-пушечный корабль, спущенный на воду в 1758 году). Но задержки с утверждением чертежей скуловых килей отодвинули начало работ в большом каменном эллинге до 2 марта 1904 года. К корпусным работам на эскадренном броненосце "Император Павел I" Балтийский завод приступил 14 октября 1904 года, а официальная церемония закладки обоих кораблей состоялась соответственно 28 апреля и 14 октября 1905 года. Строителем первого броненосца назначили младшего судостроителя В.А. Афанасьева, а второго – старшего судостроителя В.Х. Оффенберга.

Проблемы начались уже с изготовления форштевней для кораблей. Для "Андрея Первозванного" его отливку поручили Путиловскому заводу, который удачно с ней справился, избежав даже такого архаичного способа испытания, как бросание готового изделия с высоты. МТК, опасаясь за тонкий фигурный прилив для минного аппарата, все же поверил гарантиям завода. А вот для "Императора Павла I" форштевень пришлось отливать из двух частей, поскольку Путиловский завод не мог уложиться в требуемый срок, а другого предприятия, способного изготовить его целиком за умеренную цену, в Петербурге не нашлось; при заказе же на иногороднем заводе возникли бы трудности в доставке такого крупного изделия. Все бронирование для "Андрея Первозванного" поставлялось Ижорским, а для "Императора Павла I" – Обуховским заводами; палубную броню для обоих броненосцев изготовлял Ижорский завод.

По результатам проведенного 11 июня 1904 года на Охтенском полигоне испытания креплений рубашки позади брони стрельбой по специальному срубу, представлявшему собой часть борта (отсек бортового коридора между батарейной и нижней палубами с 203-мм броневой плитой) строящегося броненосца, выявилась необходимость усиления бимсов (расстояние между ними 1.22 метра) и разработки новой конструкции крепления борта за вертикальной броневой плитой.

30 апреля 1904 года получили одобрение чертежи общего расположения главных механизмов, разработанные Франко-Русским заводом, а 3 августа с ним заключили контракт на их поставку для "Андрея Первозванного". Механизмы для "Императора Павла I" Балтийский завод изготовлял сам.

Строившиеся броненосцы предполагалось вооружить двухорудийными 305-мм башенными установками новой конструкции. По результатам объявленного конкурса (к апрелю 1904 года свои варианты представили Металлический и Путиловский заводы, Общество судостроительных, механических и литейных заводов в Николаеве, завод Лесснера), 7 сентября 1904 года МТК признал удовлетворяющей поставленным условиям, при наименьшей стоимости, установку Металлического завода, который и получил заказ (контракт от 4 июня 1905 года) на поставку 305-мм башен для "Андрея Первозванного" (стоимость со сборкой на корабле 750 тыс. руб., срок готовности на заводе 6 октября 1906 года). Изготовление таких же установок для "Императора Павла I" поручили (контракт от 29 июля 1905 года, стоимость со сборкой 710 тыс. руб., срок готовности на предприятии 16 ноября 1906 года) Путиловскому заводу.

Несколько позднее Металлический завод вышел победителем и в конкурсе на проект 203-мм двухорудийной 50-калиберной башенной установки, получив заказ на их поставку. Для "Андрея Первозванного" и "Императора Павла I" контракты- на изготовление таких установок были заключены 20 и 29 марта 1906 года со сроком готовности 26 апреля и 30 сентября 1907 года соответственно. Проектирование этих установок поначалу несколько задержалось, так как для увеличения скорострельности 203-мм снаряды решили расположить в кольцевых бомбовых погребах, аналогично 305-мм установкам, что позволило разместить все 203-мм заряды на платформе.

Гибель 31 марта 1904 года эскадренного броненосца "Петропавловск", приписанная, по одной версии, последовавшей за подрывом на японской мине детонации погребов боезапаса, а также находившихся на нем мин заграждения, заставила специалистов обратить серьезное внимание на целесообразность размещения этого вида оружия на корабле. По итогам проведенных на Черном море опытов, подтвердивших опасность размещения мин заграждения на кораблях, МТК 27 октября 1904 года принял решение от них отказаться.

21 декабря из проекта исключили и кормовой минный аппарат, но эти коррективы состава минного вооружения, практически не отражавшиеся на темпах строительства, не шли ни в какое сравнение с теми изменениями, которым подвергалось артиллерийское вооружение и особенно бронирование кораблей.